Коренные малочисленные банкроты

Коренные малочисленные банкроты

Родовые общины создаются для поддержки коренного населения, но их можно банкротить и вводить внешнее управление. В чьих интересах работают обанкроченные общины? Должно ли государство обеспечивать их ресурсами?

Поводом для подготовки этого материала послужило обращение в редакцию Сергея Попова из Усть-Камчатска. Сергей Дмитриевич – камчадал и довольно известный человек в местном сообществе коренных жителей. Когда в Камчатской области стали возрождать традиционную хозяйственную деятельность, он оказался в авангарде новых веяний. Возглавлял общественную организацию КМНС и старожилов Усть-Камчатского района. Позже вошел в состав учредителей родовых общин этого района «Калан» и «Кумрач». А теперь Сергей Попов говорит, что у него и его семьи «отжимают» промысел.

Началась эта почти детективная история в 2016 году, когда «Калан» заключил сделку с ООО «Мастер». Родовая община обязалась поставить «Мастеру» лососевую продукцию, а «Мастер» произвел за нее предоплату, а также предоставил производственное оборудование. Иными словами, «Калан» брал деньги взаймы на свое развитие, пообещав расплатиться рыбой.

В марте 2019-го «Мастер» обратился в Арбитражный суд нашего края с иском к «Калану», заявив, что родовая община не выполнила своих обязательств. Сумма иска составила более 11 млн рублей, включая проценты за пользование чужими денежными средствами.

Начался арбитражный процесс, в ходе которого «Калан» утверждал следующее. В 2016–2017 годах «Мастер» получил должное количество рыбопродукции и от «Калана», и от родовой общины «Кумрач», которая переуступила «Калану» право требования оплаты. В подтверждение этих слов «Калан» представил копии товарных накладных с подписью директора ООО «Мастер» и его печатью. «Мастер», в свою очередь, заявил, что накладные подделаны. Была назначена экспертиза документов, но она не дала однозначного ответа: несоответствие печати подтвердила, а подписи – не смогла.

25 декабря 2019 года Арбитражный суд Камчатского края постановил взыскать с «Калана» долг в пользу ООО «Мастер». Долг погашен не был. 5 июня 2020-го суд удовлетворил заявление ООО «Мастер» о признании «Калана» банкротом, а сам «Мастер» стал его конкурсным кредитором.

Спустя почти 10 месяцев та же участь постигла родовую общину «Кумрач». Суд посчитал обоснованным заявление о признании ее банкротом (здесь поводом для судебного разбирательства послужили претензии бывшего работника этой общины).

В обеих общинах введена процедура наблюдения. Если в «Кумраче» события еще только разворачиваются, то в «Калане» уже произошло много интересного. Так, основной кредитор предложил заключить с «Каланом» мировое соглашение при условии, что в состав участников общины будут включены или ООО «Мастер», или учредитель этой фирмы (он же ее директор) с долей 90 процентов. В итоге директор ООО «Мастер» теперь фигурирует в различных документах как председатель правления «Калана». Очевидно, нечто подобное ждет и «Кумрач».

На первый взгляд это обычная ситуация для двух юридических лиц, одно из которых – должник, а другое – кредитор. Однако есть нюанс. Вспомним, для чего создаются родовые общины. Для этого откроем федеральный закон об общих принципах организации общин коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока № 104-ФЗ. Итак, семейная (родовая) община – это форма самоорганизации лиц, которые относятся к малочисленным народам, объединены по кровнородственному признаку, ведут традиционный образ жизни и традиционную хозяйственную деятельность. Согласно тому же закону, деятельность общин носит некоммерческий характер.

Да, общины наравне со всеми несут материальную и иную ответственность, в том числе по закону о банкротстве. В то же время, если кредиторы начинают управлять хозяйственной деятельностью общины, а в ее руководство приходят люди, не имеющие отношения к КМНС, как это сообразуется с законом № 104-ФЗ? Ведь в таком случае община переходит в разряд обычных коммерческих предприятий и просто отрабатывает долг, используя ресурсы, которые государство выделяет совсем для другого – для обеспечения традиционного образа жизни и традиционной хозяйственной деятельности. Правильно ли это?

В потоке объявлений, которые сегодня можно увидеть и услышать на Камчатке, нередко звучит: «Продам родовую общину», «Сдам родовую общину в аренду». Не стало ли банкротство родовых общин еще одним способом использовать права и льготы КМНС не по прямому назначению? Для справки: в 2020 году на Камчатке для традиционного рыболовства было выделено порядка 20 тысяч тонн водных биоресурсов, из них более 8 тысяч тонн лосося. Но можно ли с уверенностью сказать, что все эти природные богатства пошли на поддержку коренных народов, а не на иные цели?

Вернемся к «Калану» и «Кумрачу». Каким образом эти родовые общины смогут удовлетворить своих кредиторов? У них есть весьма значимый ресурс – два рыболовных участка в Усть-Камчатском районе. У «Калана» – участок № 831 протяженностью два километра на реке Камчатке. У «Кумрача» – участок № 281 протяженностью 3 километра в Камчатском заливе. На них добываются горбуша, кижуч, чавыча, кета, но основной объект промысла – нерка.

Считается, что в Усть-Камчатском районе традиционный лов не оказывает такого влияния на лососевые ресурсы, как промышленный. Хотя, по статистике 2018–2019 годов, доля изъятия лососей в рамках традиционного рыболовства в бассейне реки Камчатки составила порядка 20 процентов, а это сопоставимо с уловами промышленных предприятий.

К слову, ценность участка № 831 растет на фоне сегодняшней ситуации на реке Камчатке. Напомню, что в 2020 году предприятия Усть-Камчатского района коллективным решением добровольно отказались от промышленного лова лососей на этом водоеме, чтобы повысить заполняемость нерестилищ. Но родовые общины КМНС, включая «Калан», продолжали здесь промысел. Не исключено, что такой сценарий повторится. Когда ты ловишь нерку, а другие – нет, это ведь ставит тебя в очень выгодное положение, не так ли?

Не спорю, у родовых общин «Калан» и «Кумрач», как у всего коренного населения Камчатки, по закону должен быть приоритетный доступ к местным водным биоресурсам. Только вот вопрос: кому в ближайшую путину будут фактически принадлежать рыболовные участки № 831 и 281, выделенные для обеспечения традиционного образа жизни и традиционной хозяйственной деятельности КМНС – родовым общинам или их кредиторам?

Кирилл МАРЕНИН

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

В ТЕМУ:

Магаданская область предлагает изменить перечень КМНС

Правительство Магаданской области предлагает внести изменения в перечень коренных малочисленных народов России, проживающих на территории этого региона, включив в него камчадалов, орочей, эскимосов, чукчей.

Соответствующее предложение направлено в Федеральное агентство по делам национальностей. Магаданская область также предлагает исключить из Приказов Минсельхоза нормы, говорящие о необходимости проживания и регистрации в местах традиционного проживания коренных народов, как оснований для получения представителями КМНС разрешения на вылов рыбы.

В этом году в Магаданской области правом ведения традиционного рыболовства смогут воспользоваться только ительмены, коряки, чуванцы, эвены, юкагиры, проживающие в шести городских округах. При этом около двух тысяч человек из числа малочисленных коренных народов Севера, не попавших в этот список, не могут получить разрешение на предоставление водных биологических ресурсов для традиционного образа жизни и традиционной хозяйственной деятельности.

02:05
2305
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...