Быть всегда на высоте

Быть всегда на высоте

– Здравствуйте, мы из газеты! – эти слова порой открывают самые загадочные двери. В тот день мы пришли в место, где, как в песне «трепал нам кудри ветер высоты», трудятся отважные люди – машинисты портального монтажного крана ПАО «Океанрыбфлот».

Слово «кран» появилось от английского crane – «журавль», а портальный он вовсе не от того, что живет в порту. Просто он установлен на портале – площадке на широко раздвинутых опорах, катающихся по рельсам. Наш «журавль» изготовлен в 80-х. Тогда еще в г. Ленинграде. И по сей день в прекрасном состоянии. Благодаря кому? Сейчас узнаем, ведь под гигантом ростом с 16-этажный дом, уже ждут женщина и двое мужчин

* * *

– Не боитесь? – спрашивает нас главный механик Анатолий Сопов. Даже не знаю, что ответить, ведь никогда не взбиралась на такую высоту по крутым, будто корабельным, трапам. Пока вроде не боюсь, но что будет дальше – интрига. Надеваем хозяйственные перчатки – и в путь. С каждым шагом пароходы и буксиры, стоящие у причала, становятся все меньше, а Авачинская губа раскрывается во всем своем великолепии. Ух, вот это работа! Каждый день видеть такое…

Впереди быстро, легко идет Анатолий Григорьевич. Наверняка и с закрытыми глазами смог бы взобраться. На уровне кабины сообщает: «Сейчас выше поднимемся, а потом вернемся сюда». Смотрю по сторонам с опаской, коленки начинают предательски дрожать. Внутри платформы машинного отделения большой зал, где установлены механизмы поворота крановой установки. Здесь «шаманят» слесари, электрики – обеспечивают бесперебойную работу механизмов-долгожителей. Где надо – подтягивают, что надо – смазывают, быстро чинят неисправности. Еще выше, на просторной площадке, расположились лебедки. Высота примерно 20 м. Все равно что гулять по краю семиэтажки. Ветер свистит. Каково же тут в пургу?

– Ну что, лезем дальше? На стрелу? – спрашивает крановщик Владимир Романенко. Присматриваюсь к желтой лестнице, зависшей над пропастью. «Здесь хоть ограждение есть. Мамочки, высота птичьего полета! Но если надо…» – что-то подобное проносится в голове. К счастью, Владимир пошутил, эта лестница для спецов.

– Вы совсем не боитесь высоты? – спрашиваю у наших провожатых. Анатолий Григорьевич работает на кранах лет 30. Ему все ни по чем.

– А мне, помню, в первый раз было не по себе, – вспоминает Владимир. – Но человек ко всему привыкает.

(«А вот к такой красоте привыкнуть трудно, она ведь каждый день разная», – думаю я.)

– Новеньких мы спрашиваем сразу: как высоту переносишь? Если человек боится, оставляем, – рассказывает Анатолий Сопов. – Есть люди, у которых панический страх, такое восхождение организм не воспринимает.

– То есть мы еще ого-го? Смельчаки?

– Вы даже сможете работать крановщиками! – смеется Владимир.

* * *

– Ну что, пойдем кататься?

Мы спускаемся в теплую кабину крановщика. На «сцену» выходит Лейла Мавроди, садится в кресло, берется за рычаги.

– Саня, «башмаки» убрал? – звучит ее поставленный голос через громкоговоритель и добавляет в нашу сторону: – Сейчас мы вам сделаем эмоции, проходите!

Комнатка с панорамным остеклением будто парит высоко над землей. Под ногами пропасть.

– Машину кто близко поставил? В мета-алл! – громогласно предупреждает Лейла. И тут же чья-то фигурка спешит отогнать авто от греха подальше. Тень крана, как пришелец, движется по пирсу. Необычно, жутковато и… восхитительно.

– Ну-ка, крутанись хорошо, – предлагает Анатолий Григорьевич, и вот земля уходит из-под ног, открываются новые и новые картины. Это не хуже американских горок, только с опцией перетаскивания грузов. Вон той огромной цепи, к примеру. Кто-то снизу попросил помочь.

– Каска где, дорогой? Надевай скорее! – командует Лейла работнику. Тот слушается.

– Так пойдет?

– Спасибо! – еле слышится снизу.

Туда-сюда, зацепил груз, поднял, повернулся, отпустил, развернулся, зацепил… Снова и снова. Такая она – работа машиниста крана.

Лейла в прошлом крановщик-башенник. Управляли самыми высокими строительными «журавлями». На ветру их шатает как былинки. «Так что вот это для нас велосипед». Камчатские ветра неслабо раскачивают и портальный кран. Если порывы достигают 20 м/сек, работа останавливается.

– Иногда ждем наверху, когда утихнет, – говорит Лейла. – Закрепились внизу, чтобы кран не поехал, и сидим.

– А в кабине тепло, хорошо, – добавляет Анатолий Григорьевич.

– Особенно если захватить с собой кипятильничек, – мечтательно подытоживает Владимир Романенко.

Зимой приходится много копать, скидывать снег с лестниц, ломиком отбивать лед от рельсов.

Наш вопрос, на каком топливе работает кран, вызвал у крановщиков улыбки. «На солярке, – обычно отшучиваются они, – вон шланг за краном ездит, по нему топливо и подается!» Ну откуда нам было знать, что почти все здесь работает на электричестве?

– Это еще что, у меня был случай, – рассказывает Лейла. – Попросила однажды матросов открутить кран от рельсов. Крутили они там, вертели, а потом кричат: «А этот шланг тоже отвинчивать?» «Шланг? Не-ет! Это же кабель!».

– Жалко, трюмы (стоящего слева рефрижератора «Анатолий Ларин») сейчас закрыты, там такая глубина! – переходят на другую тему крановщики. – Когда разгружаешь, кажется, что они бездонные.

Накатавшись, возвращаемся на «парковку». Ощущение, будто покорили вулкан.

– Пойдем, покажу, где мы коня привязываем в стойло, – предлагает Лейла. Это о противоугонных захватах, чтобы ветром кран не угнало.

– Когда стрелой работаем, выброс большой, – поясняет Анатолий Григорьевич. – От центра крана метров 30, а это большая парусность. Здесь многое зависит от службы обслуживания – надежно ли закрепили. Да, у крана, как у любой машины, тоже есть тормоза. Они требуют пристального внимания, регулировки, замены колодок, если это необходимо. Как часто мы это делаем? Существуют специальные документы, регламентирующие частоту осмотра крана.

А теперь в сопровождении местных пушистых псов и чаячьих криков идем в цех. По дороге заглядываем к ребятам из береговой службы. Помимо швартовок они помогают в обслуживании крана. Под шутки-прибаутки делаем общий снимок.

– Иногда приходится работать по ночам. В декабре, когда вернется флот, тут будет весело, – рассказывает начальник пирса Владимир Ерастов. – Вроде причал небольшой, но когда рядом стоят 8–10 судов, а в каждом по сотне членов экипажа, здесь такая суета! Одному надо срочно грузить ремонтные железяки, другому продукты, третьему спасательное снабжение. Это не порт, где переставляешь контейнеры с места на место или грузишь уголь изо дня в день, из года в год. Здесь работа разнообразная, потому тяжелее. Нужно все видеть, слышать, быстро реагировать.

* * *

Вот и просторный цех базы технического обслуживания. Чего здесь только не ремонтируют! На верстаках лежат механизмы, требующие вмешательства «доктора». Шумят станки – ваяют новенькую прорезь. И кран свой есть, правда, маленький. А в самом укромном уголке отдыхает кошка – любимица Лейлы Мавроди. Крановщица, заядлая кошатница, тут же рассказывает нам историю: однажды из рейса с одним из экипажей Океанрыбфлота вернулся кот. Большой, толстый. Я его погладила, угостила. Видимо, суровое сердце бывалого моремана растаяло. И Лейла обнаружила его… в кабине крана. Но жить здесь котяра не остался, вскоре снова ушел в море.

* * *

– Сейчас крановщики на вес золота, – делится с нами заместитель директора базы технического обслуживания Константин Токарев. – Тяжело найти хороших спецов, хотя на Камчатке этому непростому (даже ювелирному) и хорошо оплачиваемому делу учат. Было бы желание. Мы ждем крановщиков. Главное, чтобы человек был ответственный и устойчивый к стрессам. Ведь при ремонтных работах и когда суда возвращаются в порт, его просто разрывают в течение месяца, а то и больше. Но когда флот уходит, мы людей отпускаем отдохнуть.

И тут мы узнаем, что в свои (внимание!) 79 лет Анатолий Григорьевич едва начал задумываться о пенсии. Я вспоминаю, как легко он поднимается по лестницам… Моему восхищению нет предела. Такими темпами, глядишь, пенсионный возраст в стране повысят до 90 лет!

– Работа ведь на свежем воздухе, – смеется Анатолий Григорьевич. – В 8 утра, а если аврал, то и раньше, крановщик должен быть «на коне». Прежде чем взяться за работу, все проверить на холостом ходу, убедиться, что на рельсах нет ничего постороннего. Обычный рабочий день до 17, порой прямо на кране долго ждем работы. Но чаще задерживаемся, трудимся в выходные. В любое время могут позвонить и вызвать. Советское воспитание не позволяет в тяжелых ситуациях бросить работу. Когда приходят суда, задержки быть не должно! Не всякий выдержит наш режим. Но потом отдыхаем за чашечкой чая и покером.

– Прекрасный коллектив, – вторит Лейла. – Нас мало, но мы в тельняшках! (и ведь да, она действительно в тельняшке). Дружим, поддерживаем друг друга. Кстати, прекрасному полу никаких поблажек, здесь мы не женщины, а крановщики. У меня две официальных специальности и множество неофициальных (композитор, автор стихов и исполнитель собственных песен, полжизни провела на сцене, все побережье объездила с творческим коллективом из с. Каменского, повар ресторана 6-го разряда, мастер пошива изделий из меха, штукатур-маляр, художник-дизайнер). Но здесь, в Океанрыбфлоте, пятый год и очень довольна.

Сейчас траулеры начали возвращаться к родному причалу. А значит, работы у крановщиков опять прибавится.

Дарья КОЖЕМЯКА

P. S. Когда готовился этот материал, одному из его героев – Владимиру Романенко – исполнилось 70 лет. Владимир Иванович, ваши коллеги и «Рыбак Камчатки» поздравляют вас с юбилеем. Желаем вам здоровья и благополучия!

28.11.2018 19:00
177

2 комментария

Я
06.12.2018 00:34
Нет, это уже не газета, а слащавый заказной агит.листок времен махрового совка. С поправкой — при совке гнилые сорокалетние бемертосы не ныряли по ночам в огороды со включенными пепелацами. Выкачивая сырьевой продуктовый резерв страны в личное пользование маленькой гопки бенефициаров, закрышованных властями, а потому считающих эти ресурсы своей собственностью. Попутно поднимая экономику Китая, снабжая ее руским дешевым сырьем для переработки и обеспечивая стабильный доход и работу китайским предпринимателям и рабочим. Аффтор, об этом расскажи, а?
Он
06.12.2018 10:53
В кои то веки газета написала о простых работягах, но нашлась либеральная тля, ненавидящая пролетариат, которая вылезла из прогнившего матраца и облила грязью человека труда. «Я», ты сиди лучше на своих либеральных порносайтах и изливай желчь на «прэступный рэжым»
Разблокировать
Передвиньте кнопку со стрелкой вправо
Загрузка...